Чем Украина похожа на Пакистан

Ольга Курносова

В Украине никак не может затухнуть скандал. разгоревшийся в связи с двумя скандальными интервью известного журналиста Дмитрия Гордона. А все из-за одиозности интервьюируемых. Речь идет о бывшем прокуроре Крыма, а ныне гражданке РФ Наталье Поклонской и Игоре Гиркине (Стрелкове). После интервью со Стрелковым ряд активистов даже устроили пикетирование офиса Гордона и разрисовали его всякими нелицеприятными надписями. К этой акции в своих соцсетях призывал, например, еще один журналист и бывший депутат Верховной Рады Сергей Высоцкий.

В результате Дмитрий Гордон выступил со специальным обращением, в котором он заявил, что данные интервью были взяты в сотрудничестве с украинскими спецслужбами. Правда на следующий день СБУ (Служба безопасности Украины) данный факт не подтвердила и заявила, что будет проводить проверку по факту интервью.

Итак. Вопрос номер один. Можно ли брать интервью у террористов? Конечно, если подходить к вопросу с формально юридической точки зрения, то оба персонажа террористами не являются, потому что есть презумция невиновности. Но часть патриотической общественности это совершенно не волнует, им главное не пущать. Почему этот вопрос стал таким острым? Ведь казалось бы основная задача журналистики – получение и распространение информации. И поэтому можно брать интервью хоть у черта лысого, чтобы читатели и зрители эту информацию получили и сами смогли оценить – кто есть кто. Более того, как известно, интервью брали даже у Усамы бен Ладана. И ничего. Хотя тогда тоже были те, кто возмущался этим фактом. Более того, на Хамида Мира, журналиста бравшего интервью у Бен Ладана, Было совершено несколько нападений. Но это произошло в Пакистане, и журналистское сообщество было весьма этим возмущено. Неужели современная Украина так похожа на Пакистан?

Вопрос номер два. Может ли журналист сотрудничать со спецслужбами. Этот вопрос тоже не так прост, как кажется на первый взгляд. На первый взгляд, ответ однозначный – не может! И понятно почему. Основная задача журналиста – давать читателям и зрителям объективную картину окружающей действительности. А значит нельзя быть ангажированным кем-либо, будь то спецслужба, правительство или политическая партия. Иначе журналист становится агентом или пропагандистом, в зависимости от того, кем он ангажирован. Однако, Дмитрий Гордон говорит, что таким образом он собирал доказательства российской агрессии в Крыму и на Донбассе. Хочется спросить, для какого органа собирались эти доказательства? Если речь идет о том суде, который в настоящий момент разбирает обстоятельства гибели малазийского Боинга, то для этого суда данные интервью не могут являться доказательствами, так как получены без соблюдения необходимых процессуальных условий. Если речь идет о международном уголовном суде, то Россия вышла из соглашения по этому суду, так что попытка ее привлечь будет попросту бессмысленной.

Последний вопрос, который остается – зачем Дмитрий Гордон выступил с заявлением о своем сотрудничестве со спецслужбами?
Разве он забыл о реакции общественности, в первую очередь журналистской, на Западе, на историю с псевдоубийством Аркадия Бабченко?! Неужели его испугала реакция части активистов?! И разве недостаточно было просто сказать о том, что он хочел донести до своей аудитории максимум информации.

К сожалению, “совок” оказывается гораздо глубже в нашем сознании, чем нам кажется. Более того больше всего этим заражены самые яростные борцы с советским наследием. Это конечно не ново, но от этого не менее печально.