Регионы просят огня. Часть 1. Не думай о Калуге свысока

Денис Терентьев. В Калуге с 2006 по 2017 г. открыто 99 новых предприятий, создано более 27 тыс. рабочих мест. И это не какие-то там лесопилки. Тут обосновались General Electric, Magna, Volkswagen, Peugeot, Citroen, Mitsubishi, Volvo, L’Orеal, Samsung, Continental.

Несвободная экономическая зона

В России может появиться товарный знак «Сделано в тюрьме». Заявка о регистрации знака поступила в Федеральную службу по интеллектуальной собственности (Роспатент). Заявку подало ФГУП «Калужское» Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России).

Калужские власти боятся, что террористы собираются затопить область

Губернатор Калужской области Анатолий Артамонов назвал главную проблему региона. Это не бедность, не бездорожье и не коррупция, а… потенциальные террористы.

«Георгиевский» ужастик

Приближается 9 мая, и с пугающей неотвратимостью нарастает поток сообщений, в которых фигурируют так называемые «георгиевские ленточки». Поскольку тема перестала быть нова, официально-патриотические затейники пытаются придумывать новые «креативы». Так, если ленточки в прежние годы просто раздавали кому ни попадя и вешали тоже куда ни попадя, сейчас ритуал все больше усложняется.

Вместо великой мечты – нафталиновые ритуалы

Российские начальники хотят отправить на своеобразной «машине времени» теперешних мальчишек и девчонок (мероприятия рассчитаны в том числе на школьников) вместо праздничного воображаемого путешествия в фантастическое будущее – в законсервированное прошлое, где есть журнал «Крокодил», партийные постановления и незыблемый (каким тогда казался) Советский Союз.

О Россиях

От редакции: эта статья была написана еще в октябре 1990 года, но оказалась пророческой и стала манифестом российского регионализма.

Дом, который строят с крыши: почему в России проваливается региональная политика

Вадим Штепа. В Кремле обсуждают новые основы государственной политики регионального развития, которые окончательно лишают регионы самостоятельности. Похоже, ситуация для этого созрела после думских выборов, когда о российском федерализме остались лишь воспоминания.