Хроника пикирующей империи – 2. Как черкесы чуть не отвоевали у России Северный Кавказ

Авраам Шмулевич

Завоевание Россией Кавказа – одна из самых долгих колониальных войн в истории.

21 мая 1864 года войска Российской Империи, сломив упорное сопротивление черкесов, заняли всю территорию Кавказа. Было официально объявлено, что длившаяся более ста лет война окончена, и что Кавказ стал  российским. Из  примерно двух миллионов черкесов одна половина погибла, вторая была насильственно выселена в Османскую империю.

Хотя вооружённое сопротивление черкесов и их депортация продолжались еще много лет после официально объявленного завершения войны.  Последняя вспышка боевых действий между русскими войсками и черкесами произошла в 1878 году.

А выселение остатков адыгов в Турцию не прекращалось до 1910 г, временами по нескольку тысяч человек в год. В 1888-м году было изгнано 3421 чел., в 1890 г. — 9153 чел., в 1895 — 3999 чел.

Царское правительство было уверено, что Кавказ полностью покорен.

Однако в начале 20-го века, как только выросло и возмужало новое поколение черкесов – война с Российской Империей возобновилась вновь.

И, как мы все хорошо знаем, война там продолжается до сих пор.

 В этой статье речь пойдет о событиях, которые можно назвать Второй Русско-черкесской войной.

Что ждет в 21-м веке и Кавказ и Россию Путина, эту современную наследницу империи царей? Для ответа на это вопрос важно знать события, о которых я расскажу далее

***

Черкесы стали новой турецкой элитой. И начали мстить России.

Принять в течение нескольких лет около миллиона беженцев – этот сложная задача и для любого современного государства.

Тем более она была сложна для Турции середины 19-го века.

Ещё 9 марта 1857 г. (за семь лет до окончания Русско-Кавказской войны) правительством султана был принят закон о переселении горцев Северного Кавказа на территорию Османской империи, в котором обещалось, что:

  1. каждый, кто желает переселиться в Турцию, будет находиться под личным покровительством султана;
  2. земли, предоставляемые переселенцам, освобождены от всех налогов;
  3. каждый, кто переселится во Фракию, освобождается от военной службы на 6 лет, а в Анатолию — на 12 лет.

В 1860 г. спустя три года после принятия этого закона в Османской империи было образовано Управление по делам мухаджиров (переселенцев) [Фасих Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XX века)». М.: Институт востоковедения РАН, 2001. стр. 25.].

Однако, как пишет современный российский историк профессор Анзор Кушхабиев:

«На османском побережье Чёрного моря черкесские изгнанники оказались в довольно сложных условиях.

Местные власти, не ожидавшие прибытия столь значительного числа черкесов, не успевали обеспечивать их временным жильём и минимумом продовольствия. Изгнанников размещали на побережье в палатках, в пустующих казармах и др.

Опасаясь распространения эпидемических болезней среди местного населения, власти создавали вдоль побережья, где скопились черкесские изгнанники, карантинные лагеря. Эпидемические болезни (тиф, оспа), нехватка продовольствия и неприспособленность к новым климатическим условиям послужили причиной гибели значительного числа изгнанников.

Османские власти предпринимали определённые меры по содействию черкесским изгнанникам. Для их нужд выделялись государственные средства; была развёрнута кампания сбора пожертвований. Всё же, несмотря на эти меры, помощь, получаемая изгнанниками, была недостаточной и не всегда доходила до места предназначения.

По свидетельствам очевидцев событий, в 1863-1864 гг. численность черкесских изгнанников, погибших в Османской империи, составила свыше 100 000 человек. По официальным данным османского правительства в 1867 г., численность черкесских изгнанников на территории Османской империи (без учёта погибших) составляла 595 000 человек».[А.В. Кушхабиев. Рецензия на статью Д. Сыромятникова «Война как средство конструирования нации».]

Офицер турецкой армии черкес Нури, перенесший тяготы эмиграции, впоследствии вспоминал:

«…Нас швыряли, как собак, в парусные лодки; задыхаясь, голодные, оборванные, больные, мы ждали смерть как лучшее для нашей судьбы, ничто не принималось в расчет: ни глубокая старость, ни болезни, ни беременность!

Все деньги, которые ассигновало ваше (русское) правительство на поддержку переселенцев, все они уходили куда-то, но куда? Мы их не видели, с нами обращались как со скотом, нас валили на общие койки сотнями, не разбирая, кто здоров, кто болен, и выбрасывали на ближайший турецкий берег. Многие из нас умерли, остальные приткнулись, где попало» . [Кушхабиев А. В. Генезис черкесской диаспоры на Арабском Востоке (на примере Сирии). Дисс. на соиск. уч. ст. к.и.н. М., 1991, с. 33. Цит. по: Ф. Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XX века)».. М.: Институт востоковедения РАН, 2001. стр. 39 — 40.]

О численности черкесов, погибших уже на турецком берегу, свидетельствует письмо русского консула в Трапезунде А. Н. Мошнина [Берже А. Я. Выселение горцев с Кавказа. — Русская старина. 1882, Т. XXXIII, с. 176. Цит. по: Ф. Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XXвека)».. М.: Институтвостоковедения РАН, 2001. стр. 40.]:

«С начала выселения в Трапезунде и окрестностях пребывало до 247 000 душ. Умерло 19 000 душ, теперь осталось 63 290 человек, средняя смертность — 180—250 человек в день. Свирепствует сильный тиф… за ноябрь—декабрь 1863 года прибыло в Трапезунд 100 кочерм, отправлено в Константинополь и Варну 4650 человек. В среднем умирало в день 40—60 человек, находится еще в Трапезунде 2050 человек».

Ко всем бедствиям черкесских переселенцев присоединилась еще и работорговля. Умиравшие с голода эмигранты предпочитали продавать своих детей, чем видеть их голодную смерть. Только с ноября 1863 по сентябрь 1864 г. было продано около 10 тыс. человек и около 100 тыс. умерли [Касумов А. Л.Разные судьбы. Нальчик, 1967. Цит. по: Ф. Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XX века)».. М.: Институтвостоковедения РАН, 2001. стр. 39 — 40.].

Но, в конце концов, положение изгнанников как-то нормализовалось, турки смогли мобилизовать средства для их абсорбции, усилия и турецкого правительства и турецкого общества для помощи черкесам были впечатляющими.

Была начата кампания сбора пожертвований в пользу иммигрантов. В ней принимали участие султан, султанша и наследный принц.

От их имени наиболее нуждавшимся черкесам было роздано 300 тысяч пиастров, а позже султан дал еще 500 тысяч из собственных средств и, следуя примеру монарха, его приближенные и министры — по 5 тысяч. Мать и жена хедива (правителя) Египта, находившиеся в это время в Стамбуле, пожертвовали 300 тыс. пиастров.

Помощь черкесам стала поступать из различных городов империи (жители Эдирне, например, собрали на строительство домов поселенцам 400 тысяч пиастров).

В Стамбуле был сформирован специальный комитет содействия черкесским беженцам. Он стал регулярно проводить сборы пожертвований, а в 1899 г. организовал издание гербовых марок, доход от продажи которых поступал в его фонд. Эти марки следовало прилагать ко всем официальным документам страны  [Ф. Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XX века)».. М.: Институт востоковедения РАН, 2001. стр. 43 — 44.].

Начала действовать и правительственная программа расселения горцев.

Переселенцы с Кавказа были расселены по всей Османской империи, но особенно большое внимание уделялось созданию черкесских поселений в проблемных, с военной точки зрения, районах.

Черкесы постепенно активно включились в жизнь приютившей их страны. Особенно велика была роль черкесов и других изгнанников с Кавказа  в армии, важное место они заняли и в правительственном аппарате.

Практически сразу после начала депортации из Российской империи турецкие власти стали формировать из них кавалерийские полки, в том числе черкесскую гвардию султана.

Уже в июне 1864 г около 3-х тысяч черкесов поступило волонтерами в турецкую армию, в дальнейшем из их числа были сформированы три отдельных кавалерийских полка. Сам султан пополнил личный кавалерийский полк черкесами из знатных родов [Ф. Бадерхан. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX — первая половина XX века)».. М.: Институтвостоковедения РАН, 2001. стр. 44.].

После реформ армии Османской империи по европейскому образцу в ее состав был включен иррегулярный полк из переселившихся кавказских горцев [Аствацатурян  Э.Г. – Турецкое оружие. –  Атлант. СПб., 2002. – с.  33.].

Турецкие черкесы продолжали помнить и кто они, и недавнее трагическое  кровавое прошлое. Счет к Российской империи не был закрыт.

В условиях султанского правления черкесы следовали в русле официальной политики османских властей, никаких самостоятельных требований выдвигать было невозможно. Впрочем, курс этот, закончившийся вступлением Турции в мировую войну против России, соответствовал и национальным чаяниям изгнанников с Кавказа.

Но как только позволила политическая обстановка, черкесы стали играть и свою собственную игру.

В 1908 г в Османской империи произошла буржуазная революция. Пришедшие к власти младотурки (неофициальное название партии «Единение и прогресс») провозгласили равноправие всех народов империи. Нетурецкие народы получили право на культурно-просветительскую деятельность — и черкесы сразу же воспользовались этой возможностью.

К тому времени они уже прочно вошли в военную элиту страны, об этом красноречиво свидетельствует состав основателей и руководства образованного в 1908 г в Стамбуле «Черкесского общества единения и взаимопомощи» (ЧОЕВ): маршал Фуад-паша Тхуго, маршал Мехмет Зеки-паша, маршал Абдуллах-паша, генерал Иззет-Чунатуко-паша, генерал Пух Назми-паша, генерал Шхаплы Осман-паша, министр по делам вакуфов (1908-1909 гг) Мехмет Шемседдин-паша.

Общество также поддерживали Салих Хулуси-паша (сенатор, в 1909 г — военный министр, в 1910-1911 гг — министр морского флота, в 1912 г — министр общественных работ), Хуршит-паша (в 1912-1913 гг — министр морского флота и и.о. военного министра), Хусейн Назым-паша (в 1912-1913 гг — военный министр).

«Черкесское общество единения и взаимопомощи» начало издавать газету на черкесском языке (арабской графикой), а также десятки книг, брошюр, бюллетеней и журналов на черкесском, турецком и арабском языках, в Стамбуле была открыта средняя «черкесская образцовая школа», преподавание в которой велось на черкесском (адыгском) языке. Со временем аналогичные школы стали открываться и в других районах компактного проживания черкесов.

В целом черкесы активно поддерживали республиканцев.

Во время феодально-клерикального мятежа в апреле 1909 г. Черкесское общество совместно с рядом политических и общественных организаций выступило соучредителем объединения «Османский союзный совет», который провозгласил своей главной целью защиту конституционного строя.

Члены ЧОЕВ были и среди учредителей либеральной партии «Свобода и согласие» (создана в ноябре 1911 г). Маршал Фуад-паша в марте-декабре 1912 г. являлся председателем партии. «Свобода и согласие» получила широкую поддержку среди нетурецких народов империи, которым гарантировала право на автономию.

В июле 1912 г партия «Свобода и согласие» пришла к власти, но в январе 1913 г младотурки совершили государственный переворот и снова захватили власть. Младотурки фактически возвели в ранг государственной идеологии радикальную форму туркизма (во внешней политике — пантюркизма). Большая часть общественных объединений была закрыта либо их деятельность ограничена. ЧОЕВ также было вынуждено закрыть большинство территориальных отделений.

Фактически с момента своего основания «Черкесское общество единения и взаимопомощи» развернуло активную деятельность на территории Российской Империи.

Политической целью турецких черкесов было всемерная поддержка требований независимости народов Северного Кавказа. Активность черкесских организаций на этом внешнем направлении (в отличие от активности внутри страны) правительство младотурок поддерживало.

В первую очередь черкесы Турции установили связи с интеллигенцией Северного Кавказа. На Северный Кавказ были отправлены десятки преподавателей и учебная литературу на северокавказских языках.

С началом Первой мировой войны активисты ЧОЕВ создали «Комитет Независимости Кавказа», а затем еще несколько подобных структур. В их работе участвовали представители северокавказской военно-чиновничьей элиты: маршал и сенатор Фуад-паша, министр морского флота Хусейн Рауф-бей, губернатор Бейрутского вилайета Сами-бей и др. зложение деятельности «Черкесского общества единения и взаимопомощи» дано по монографии: А.В. Кушхабиев. «Очерки истории зарубежной черкесской диаспоры». Нальчик, 2007 г.]

Эта активность велась при полной поддержке правительства Турции, в первую очередь одного из руководителей турецкого государства военного министра Энвер-паши (мать которого, по слухам, была черкешенкой).

С целью обеспечения международной поддержки требований о создании независимого северокавказского государства Комитетом Независимости Кавказа были установлены связи с европейскими посольствами в Стамбуле.

В европейских государствах осуществлялись акции по привлечению внимания к положению северокавказских народов. В ноябре 1915 г. Комитет направил в Берлин и Вену делегацию с целью ознакомления европейской общественности с проблемами кавказских эмигрантов. В июне 1916 г представители Комитета участвовали в Лозанне в конгрессе «Союза национальностей» («Uniondes Nationalitús», иначе «Конгресса угнетенных народов», предшественника UNPO, «Организации непредставленных наций и народностей)», где выступали с требованием вернуть народам Северного Кавказа право на независимость.

В 1913 г. Правительством Турции была создана новая мощная спецслужба «Особая организация» («Тешкилят-ы махсуса»), подчиненная непосредственно высшему младотурецкому руководству. Среди ее руководящих и рядовых кадров находилось «непропорционально большое» число черкесов» [Г.В. Чочиев. Кавказская ориентация в политической деятельности представителей северо-кавказской диаспоры в Турции в период Первой Мировой войны.].

11 ноября 1914 султан Мехмед V года объявил священную войну против России, Англии и Франции. Начавшаяся Первая Мировая война предоставила черкесам долгожданную возможность реванша.

  Черкесы были в полушаге от победы.   

Они представляли собой серьезную силу.

Лидеры черкесских организаций в Турции оценивали  численность проживавших в  различных  османских  провинциях  этнических  северокавказцев в  полтора миллиона  человек [Чочиев Г.В. Обращение лидеров османских черкесов к Великобритании о репатриации на Кавказ (1918). – Бюллетень Владикавказского Института Управления, № 46, 2015. С. 69.] Это была скерьезная сила.

При этом, по оценкам немецких спецслужб, более 80% турецких черкесов готовы были к возвращению на Кавказ, на историческую родину [Мекер Азиз. Русские в Черкесии. (1760–1864). – Перевод с французского. Майкоп – “Полиграф-ЮГ” – 2013. – с. 107.].

Сразу же после вступления Турции в войну в конце октября 1914 г. разработка военных операций по освобождению Кавказа стала одной из приоритетных сфер деятельности османского генерального штаба.

И с первых же дней войны представители черкесского населения весьма активно проявили себя как в ходе мобилизации, так и в боевых действиях на различных фронтах.

Помимо регулярных подразделений, тысячи черкесов воевали в составе добровольческих, в основном кавалерийских, формирований. В действующую армию в этот период ушла и существенная часть активистов «Черкесского общества единения и взаимопомощи». Более того, общество по мере возможности пыталось поощрять военный энтузиазм своих соотечественников, призывая их к вступлению в ряды османских войск не только ради выполнения верноподданнического долга перед Портой, но и «с целью внесения непосредственного вклада в освобождение Родины». В одной из статей, опубликованных вскоре после начала войны в печатном органе «Черкесского общества единения и взаимопомощи» — газете «Гуазэ», — следующим образом передавались настроения и ожидания турецких черкесов:

«Мы уже чувствуем в груди воздух Северного Кавказа. Кавказ — это земля, где находятся могилы наших предков, страна, ради которой можно пожертвовать и жизнью, и состоянием…»

Черкесы направлялись турецким командованием преимущественно на кавказский фронт. Например, высшие офицерские кадры дислоцированной в Восточной Анатолии 3-й («Кавказской») армии состояли преимущественно из северокавказцев, в числе которых были и такие известные своей деятельностью в ЧОЕВ («Черкесское общество единения и взаимопомощи») лица, как генерал Юсуф Иззет-паша (командующий 10-ым корпусом) и подполковник Исмаил Хаккы-бей (офицер штаба того же корпуса).

(Хотя черкесы воевали и на других фронтах. Так, черкесский добровольческий отряд насчитывавший свыше 150 всадников играл активную роль в защите Хиджазской железной дороги и борьбе с арабскими повстанческими силами [Роган Юджин. Падение Османской империи. Первая мировая война на Ближнем Востоке, 1914-1920. – М.: Альпина нон-фикшн, 2018. —  С. 255.]).

Имеются данные и о привлечении черкесов (в том числе по рекомендациям Юсуфа Иззет-паши и других авторитетных военачальников-кавказцев) в подчиненные «Особой организации» иррегулярные подразделения, предназначавшиеся для проведения специальных операций, как на линии фронта, так и за ней.

Показательно в этой связи разосланное 26 ноября 1914 г. Главным управлением безопасности МВД Турции руководителям ряда провинций секретное предписание в недельный срок собрать и подготовить к отправке на Кавказ «как можно большее число лазов и черкесов, способных к ведению партизанской войны в горных условиях».

Один из наиболее видных представителей диаспорной политической элиты Бекир Сами-бей, губернатор Бейрутского вилайета, еще 30 июля 1914 г. направил военному министру Энвер-паше письмо, в котором обращал его внимание на необходимость и возможность организации на Кавказе в случае начала войны восстаний местного населения против царской администрации.

Бекир Сами-бей (1865-1933) по национальности был осетином, сыном выехавшего в Турцию генерал-лейтенанта русской армии Муссы Кундухова,.

Османское правительство поддержало идеи изгнанников, и деятельность на этом кавказском направлении стала рассматриваться как приоритетная. Так, активист «Черкесского общества единения и взаимопомощи» Хусейн Тосун-бей, убых по национальности, вскоре после начала войны был назначен генеральным директором Османского национального информационного агентства.

С первых дней войны началось и выделение государственных финансовых средств на поддержку «черкесского движения», деньги шли из бюджетов подконтрольных Энвер-паше Военного министерства и Особой организации.

Турция вступила в войну с Россией в конце октября 1914 г., но еще в период мира, в августе 1914 г. по прямому указанию Энвер-паши была создана так называемая Турецкая санитарная миссия, на деле представлявшая собой кавказский политический комитет и состоявшая из ряда известных в стране лиц кавказского происхождения во главе с убыхом Фуад-пашой. Эта организация должна была под прикрытием легальной гуманитарной и благотворительной деятельности проводить на Кавказе (по крайней мере до официального объявления войны между Стамбулом и Санкт-Петербургом) работу по стимулированию антироссийских настроений среди местного населения.

В том же месяце, в августе 1914 г., прошла встречи членов Миссии убыха Фуад-паши и аварца, родственника Шамиля, Мухаммеда Фазыл-паши с послом Германии в Стамбуле Х. Вангенхаймом. Посол от имени своего правительства обещал оказывать северокавказцам материальное, информационное и прочее содействие в организации антироссийских акций на Кавказе, а после завершения войны — признать независимость кавказского конфедеративного государства.

Планы германского правительства относительно послевоенного устройства Кавказа заключались в создании двух государств – христианской Грузии и «Кавказского мусульманского государства» [Даудов А.Х., Месхидзе Д.И. Национальная государственность горских народов Северного Кавказа (1917-1924). – СПб.: Изд-во СПб.ГУ, 2009. – с.25.].

В сентябре 1915 г. была создана ещё одна структура — Комитет независимости Кавказа.

Его представители действовали и в Европе, в лагерях для российских военнопленных в Германии и Австро-Венгрии, им была дана возможность вести агитационную и вербовочную работу среди российских военнопленных — выходцев с Кавказа.

Во время Первой мировой войны кавказская делегации от Турции, которую возглавлял маршал Туга Фуад-паша  побывала в  Вене, Берлине, Лозанне для налаживания контактов, оказания помощи и содействия в освобождении Кавказа. В январе 1916 эта делегация подала правительствам центральных держав меморандум, в котором, обрисовав положение народов Кавказа, обратилась с просьбой оказать «Кавказскому Комитету» моральную и материальную поддержку в работе по освобождению Кавказа и организации Кавказской Конфедерации [Агуажба А. Х. – Мкер Азиз. Об авторе. – Сайт Абхазская интернет-библиотека.].

В 1916 г. был создан Комитет северокавказских политических эмигрантов в Турции.

Комитет сразу же начал с акции, привлекшей к нему внимание прессы. Его делегация приняла участие, от имени северокавказских народов, в III Конгрессе угнетенных наций, который провел 27-29 июня 1916 г. в Лозанне Союз национальностей.

Аналог современной UNPO, «Организации непредставленных наций и народностей», Союз национальностей (Uniondes Nationalitús) был учрежден в 1911 г. бельгийцем (фламандцем) П. Отлетом и литовцем Й. Габрийсом и представлял собой неправительственную организацию, «ставившую своей целью изучение проблем и защиту интересов лишенных собственной государственности либо аннексированных народов и стран».

Две первые его конференции состоялись в 1912 и 1915 гг. в Париже. В конце 1915 г. штаб-квартира организации была перенесена в нейтральную Лозанну.

В Конгрессе участвовали около двадцати делегаций от «зависимых и колониальных народов» Европы, Азии и Африки, при этом представители, выступавшие от «зависимых народов» Российской империи, составляли чуть ли не большинство — помимо северокавказцев, были еще делегаты из Польши, Украины, Прибалтики, Поволжья, Закавказья, Средней Азии и других регионов империи.

Все члены делегации «Комитета северокавказских политических эмигрантов в Турции» были эмигрировавшими в Османскую империю уроженцами Российской Империи и имели в прошлом российское гражданство. Понятно, что это обстоятельство еще более подчеркивало стремление турецких черкесов говорить от имени их «томящихся под русским гнетом соплеменников».

Во время работы Конгресса представители Комитета встретились с проживавшим в этот период в эмиграции в Швейцарии Лениным «для обсуждения положения нерусских народов России». Отдельную встречи с Ленином провели и представители черкесов. Черкесская делегация встречалась с Ленином также и вне рамок Конгресса, в Женеве [Мекер Азиз. Русские в Черкесии. (1760–1864). – Перевод с французского. Майкоп – “Полиграф-ЮГ” – 2013. – с. 107; Агуажба А. Х. – Мкер Азиз. Об авторе. – Сайт Абхазская интернет-библиотека.].

Работа Конгресса широко освещалась в прессе и нейтральных стран и обоих воюющих блоков, что дало возможность турецким черкесам развернуть пропаганду не только в странах Оси, но и Антанты.

В Женеве было открыто специальное представительство Комитета северокавказских эмигрантов, руководителем которого стал Шамиль-бей (1891-1957) — сын видного османского военачальника Османа Ферид-паши из убыхского рода Шхапли и внучки имама Шамиля Нефисет, незадолго до этого назначенный корреспондентом Османского информационного агентства в Швейцарии.

Предпринимали члены Комитета и инициативы по организации в составе турецкой армии национальных черкесских частей, численностью до 60 тыс. человек.

Планы эти получили значительную поддержку в военном руководстве, однако возобновившееся в начале 1916 г. наступление российских войск в глубь Восточной Анатолии лишило их практического смысла.

После Февральской революции все горские народы Кавказа, а также донские и кубанские казаки открыто стали говорить о достижении независимости.

1 мая  1917 г. во Владикавказе  открылся первый Съезд представителей горских племен Кавказа. На нем присутствовало более 300 делегатов и масса гостей, в том числе члены Государственной думы.

Приведу вступительную Председателя Временного Центрального Горского Комитета Б.А. Шаханова, в который четко выражены настроения и намерения лидеров северо-кавкзцев: «Пятьдесят с лишним лет тому назад тяжелый гнет царизма задавил свободу горцев Кавказа. 25 августа 1859-го года пал Гуниб. Наш незабвенный народный герой имам Чечни и Дагестана

Шамиль был пленен и отвезен в Калугу кончать свою жизнь в условиях придирчивого жандармского режима. 5 лет спустя, 21-го мая 1864 года, на другом краю нашей горской родины, на Черноморском побережье пал последний свободный черкесский аул Ахчипский. Что затем настало – вы слишком хорошо знаете. Попрание вопреки торжественным обещаниям, когда-то данным, не только политических, но и имущественных наших прав, объявление земель, орошенных потом и кровью наших предков, – казненными, отдание нас на растерзание отбросам русского общества, нахлынувшим жадной стаей на наивных и доверчивых горцев, из которых одних, к счастью ничтожное меньшинство, они развратили и обратили в своих приспешников и сотрудников, а других – озлобили и замкнули в глухом протесте всего, что имело на себе штемпель русского правительства. И вдруг чудо. В марте 1917 г. русский пролетариат и русская революционная армия, в союзе с русской интеллигенцией, сбросив оковы с русского народа, тем же ударом разбили и цепи, нас сковавшие. И вот мы на нашем горском съезде единственном в истории наших народов, съезде, объединяющем все горские племена от Черного до Каспийского морей, свободно организуемся в союз для закрепления нашей свободы и устройства нашей жизни на разумных широко демократических началах. В единении сила. В единении нашем, внутреннем нашем единении и в единении с теми, кто освободил нас от гнета царизма – пролетариатом, революционной армией и русской организованной общественностью. Приветствуя Вас от имени Временного Центрального Комитета, организовавшего настоящий съезд, прошу приступить к выборам президиума съезда и его председателя» [Лобанов В.Б. История антибольшевистского движения на Северном Кавказе. – Санкт-Петербург : Полторак, 2013. – c. 94-95.].

Затем в мае — сентябре 1917 г. по всему Кавказу прошли съезды горских народов, и в результате был учрежден «общенациональный представительный орган» — Союз объединенных горцев Кавказа (СОГК), одной из главных задачей которого было «самоопределение народов Северного Кавказа».

Турецкие черкесы немедленно поддержали это движение. Документы и материалы упомянутых съездов на французском языке были опубликованы «Комитетом северокавказских политических эмигрантов в Турции» в 1918 г. в Стамбуле.

После начала войны связи турецких черкесов с их соплеменниками в Российской империи и вообще работу по поддержанию стремления северокавказсих народов к независимости стала координировать «Особая организация», созданная в 1913 г. спецслужба, подчиненная непосредственно высшему младотурецкому руководству, среди руководителей и сотрудников которой было «непропорционально большое» число черкесов.

В конце 1917 — начале 1918 г. Особой организацией был инспирирован ряд обращений и воззваний от имени диаспоры к народам Северного Кавказа с призывом усилить борьбу за независимость, а также к различным европейским державам и организациям с требованием поддержать эти усилия.

В Швейцарии была начата работа по выпуску нацеленной на отстаивание идеи кавказской независимости газеты на французском языке. Приблизительно в феврале 1918 г. несколько ведущих черкесских активистов были переправлены турецкими спецслужбами на этническую родину.

Первые массовые личные контакты между турецкими черкесами и представителями национального движения Северного Кавказа состоялись во время работы в марте 1918 года Трабзонской мирной конференции, проходившей с участием делегаций Порты и Закавказского правительства. Османскую делегацию возглавлял начальник штаба военно-морского флота Хюсейин Рауф-бей (1881-1964), абхаз из рода Ашхаруа (Чинче) и активный участник организаций турецких черкесов.

Официальная делегация Центрального исполнительного комитета Союза объединенных горцев Кавказа (так называемого Горского правительства) прибыла из России в Турцию 1 апреля. Ей был оказан прием на самом высоком уровне: делегацию принял султан Мехмед V и руководители Турецкого государства Энвер-паша, Талаат-паша и другие члены кабинета министров.

После Октябрьской революции и последующего развала фронта турецкие войска начали наступление на Кавказ. 15 апреля 1918 г. они без боя овладели Батумом, 25 апреля — Карсом.

11 мая 1918 г., была официально провозглашена Республика Союза горцев (Северного) Кавказа (СКР). Назавтра после провозглашения она отправила османскому руководству обращение с просьбой оказать «мусульманам Северного Кавказа» срочную военно-политическую помощь посредством направления в регион «любым способом и любым путем достаточного количества регулярных вооруженных сил».

Невзирая на протесты советской стороны, Порта незамедлительно признала вновь провозглашенное государство и заключила с ним 8 июня 1918 г. в Батуме договор о дружбе и взаимопомощи, обязавшись оказывать СКР военную помощь для ее «защиты от внешних угроз и обеспечения внутреннего порядка и безопасности».

Но ещё раньше этой даты началась последняя стадия реализации проекта исторического реванша — создания независимого Черкесского государства, а также независимого Дагестана и Чечни.

12 мая 1918 г. Энвер-пашой было отдано распоряжение о начале практической подготовки османских военных подразделений к отбытию на Северный Кавказ.

В июне 1918 г. через Азербайджан в не подконтрольные ни большевикам, ни их противникам горные районы Дагестана был переброшен «организационный батальон». Черкесами, т.е. этническими северокавказцами, были и его командир, подполковник Исмаил Хаккы-бей, и его заместители капитаны Мидхат-бей и Музаффер-бей, и большинство офицеров, унтер-офицеров и солдат. (Исмаил Хаккы-бей (1890-1954) — адыг из рода Беркук, Мидхат-бей — убых из рода Шхапли, Музаффер-бей (1897-1959) — абхаз из рода Ачба). Многие бойцы корпуса были активистами черкесских общественных организаций. Задачей этого соединения, доставившего с собой большую партию оружия и боеприпасов, было создание во взаимодействии со сторонниками Горского правительства военных и административных структур национальной государственности и подготовить почву для наступления основных османских сил.

В августе 1918 г. это ожидавшееся черкесскими изгнанниками более полувека наступление началось. На Северный Кавказ, на исторические земли адыгов, абхазов, дагестанцев и чеченцев двинулся Северо-Кавказский корпус турецкой армии. Командовал им генерал Юсуф Иззет-паша. Адыг по происхождению, он являлся также видным черкесским этнографом, оставил после себя ряд трудов, в том числе трехтомную «Историю Кавказа» и книгу «Старые фракийцы и черкесы». В 1918-1919 годах генерал являлся председателем черкесского благотворительного общества в Константинополе [Дзидзария Г.А. Махаджирство и проблемы истории Абхазии XIX столетия, Издательство «Алашара», Сухуми, 1982, стр. 483.].

Одновременно Юсуф Иззет-паша был официальным политическим и военным представителем Порты в Северо-Кавказской Республике, а командир «организационного батальона» Исмаил Хаккы-бей — главным военным советником Горского правительства, ведавшим формированием его вооруженных сил.

Северо-Кавказский корпус, между тем, продолжал наступление вглубь Кавказа. 15 сентября 1918 г. англичане оставляют Баку, 6 октября 1918 г. турецкие войска заняли Дербент, выбив из города части русско-армянской (эсеры, меньшевики и дашнаки) «Диктатуры «Центрокаспия». Затем турецкая армия заняла основные центры Дагестана, включая Темир-Хан-Шуру и Порт-Петровск. 29 октября 1918 г. в Темир-Хан-Шуре было официально заявлено об установлении власти Горского правительства.

А в августе 1918 г. близ Сухума был высажен десант численностью около 600 человек, в подавляющем большинстве этнических абхазов, убыхов и черкесов. Их целью было защита Абхазии от притязаний меньшевистской Грузии.

Командовавший десантом Джемаль-бей (из знатного абхазского рода Маршан) еще до войны являлся членом стамбульских черкесских обществ.

Однако, как минимум на этот раз, Провидение не оказалось благосклонным к проекту черкесской независимости.

30 октября 1918 года, за неделю до взятия корпусом Юсуфа Иззет-паши последнего крупного города в Дагестане — Порт-Петровска, — турецкое правительство признало свое поражение в Мировой войне и подписало продиктованные ему державами Антанты условия перемирия, одно из которых предусматривало немедленный вывод османских формирований с Кавказа.

Турецкое руководство и черкесские активисты, однако, не сразу смирились с поражением.

По воле обстоятельств акт капитуляции Турции от имени Порты подписал абхаз Хусейн Рауф-бей, занявший пост министра флота в новом османском правительстве. В ходе предварительных переговоров с командующим средиземноморским флотом Антанты английским адмиралом А.Кэльторпом он выдвинул предложение о создании на Кавказе независимого конфедеративного государства под протекторатом Англии.

А Энвер-паша в своей последней телеграмме от 15 октября 1918 г. рекомендовал в случае поступления из Стамбула приказа об отзыве войск Северо-кавказского корпуса перевести их под непосредственную юрисдикцию властей Азербайджана и Республики Союза горцев Кавказа.

Вскоре после этого генералы Нури-паша и Юсуф Иззет-паша, формально уволившись из османской армии, заняли должности главнокомандующих вооруженными силами соответственно Азербайджана и Северного Кавказа. Многие из находившихся в их подчинении офицеров и солдат также изъявили готовность остаться на Кавказе, заключив с указанными республиками военные контракты.

Только после ноты британского командования с требованием неукоснительного выполнения условий перемирия новые стамбульские власти были вынуждены отдать недвусмысленный приказ об эвакуации своих подразделений с занятых ими кавказских территорий. В конце ноября 1918 г. возглавлявшиеся Юсуфом Иззет-пашой силы покинули Северный Кавказ.

Затем весной 1919 г на Северный Кавказ с боями вошла Добровольческая армия генерала Антона Деникина и правительство Горской республики было распущено.

Осенью того же года после победы 11 Красной Армии члены Горского правительства эмигрировали в Турцию и Европу.

Если бы черкесские офицеры в ноябре 1918 года решились ослушаться приказа из Стамбула о выводе войск, то их армия осталась бы на Кавказе, и судьба Черкесии и всего Кавказа, и Северного и Южного, сложилась бы совершенно иначе. Но этого не произошло. Не хватило или смелости, или национального чувства. Затем черкесы оказались втянутыми в начавшуюся в Анатолии борьбу с интервентами и гражданскую войну [Киреев Н.Г. История Турции (XX век). М.: Крафт+ИВ РАН, 2007. С. 127-128, 144, 459; Gingeras R. Notorious Subjects, Invisible Citizens: North Caucasian Resistance to the Turkish National Movement, 1919–1923 // International Journal of Middle East Studies. 2008. № 40. С. p. 89–108.], и о Кавказе было забыто.

Однако у черкесов неожиданно появились еще два шанса на создание своего государства. Которыми, они, впрочем, сами отказались воспользоваться.

Османская империя капитулировала в Первой мировой войне. Но к миру в Анатолии и вокруг нее это не привело. Вспыхнула, в числе прочего, и греко-турецкая война. Греческое командование, стремившееся внести раскол в ряды национально-освободительного движения, и представители черкесской просултанской военно-чиновничьей группировки также разрабатывали планы по созданию на территории Османской империи черкесского государства под протекторатом европейских держав. 24 октября 1921 г. в Измире, при содействии греческого командования, проходил съезд представителей черкесской диаспоры, на котором рассматривался вопрос о создании в Западной Анатолии Черкесской республики. Однако большей частью черкесской диаспоры эта идея поддержана не была [Кушхабиев А.В. Очерки истории зарубежной черкесской диаспоры. – Издательство Эль-Фа. Нальчик, 2007 г.].

Во время встреч с черкесскими представителями в Швейцарии в годы Первой мировой (см. выше) Ленин обещал им, что «после победы Революции» поможет черкесам вернуться на свою историческую родину. Когда такая победа действительно произошла, в Турцию для переговоров об установлении сообщнических отношений с правительством Ататюрка был отправлен Фрунзе. В числе прочего он поднял вопрос и о возвращении турецких черкесов на Кавказ. Глава Турции распорядился решить этот вопрос с турецкой стороны  с министром информации Турции Хусейном Тосуном (адыг) и министром морского флота Рауф беем (абхаз). Однако они заявили Фрунзе, что черкесы не желают возвращения в Россию.

Никто из ныне живущих уже не скажет, чем был продиктован этот отказ принять выполнение обещания, данного Лениным черкесам в Швейцарии. Было ли причиной такого отказа нежелание жить под Советской властью, или же желание сохранить свое высокое положение и богатства, как  считали некоторые турецкие черкесы (например, проф. Азиз Мекер, турецко-черкесский общественный деятель, дипломат, участник  переговоров с Лениным  до революции и всех переговоров турецких делегаций в Москве с  руководителями Советского государства – Лениным, Сталиным, Чичериным и др. [Мекер Азиз. Русские в Черкесии. (1760–1864). – Перевод с французского. Майкоп – “Полиграф-ЮГ” – 2013. – с. 107; Агуажба А. Х. – Мкер Азиз. Об авторе. – Сайт Абхазская интернет-библиотека.]).

Первая попытка исторического реванша, реализации проекта создания независимой Черкессии, окончилась неудачей. Проект так и остался проектом — до поры до времени, как верили и продолжают верить многие черкесы.

Ведь «полное умиротворение Кавказа» о котором рапортовали царские генералы полтора века назад – не насупило до сих пор.

Примечания

В русскоязычной литературе данную тему подробно исследует осетинский учёный, сотрудник Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований Г.В.Чочиев. Там, где не указаны другие источники, события излагаются, в основном, по работам: Чочиев Г. В. Кавказская ориентация в политической деятельности представителей северо-кавказской диаспоры в Турции в период Первой Мировой войны. Бюллетень Владикавказского Института Управления. Выпуск №15 — 2005г.; Чочиев Г. В. Из истории черкесского общества единения и взаимопомощи в османской империи в 1908-1914 гг». // Вестник, 2007, №10.; Чочиев Г. В. Северокавказские (черкесские) организации в Турции (1908-1923 гг.). – Владикавказ: ИПО СОИГСИ, 2009. – 205 с.

Чочиев Г.В. Кавказскоориентированная деятельность черкесской политической элиты в Турции в 1918-1922 гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2014. № 4. Чочиев Г. В. Турция, Кавказ  и Северокавказская диаспора во время и после  Первой мировой войны.- в сб.: Кавказ в годы первой мировой войны: героика и повседневность: сборник статей. Материалы Международной научной конференции. – Владикавказ: ИПЦ СОИГСИ ВНЦ РАН и РСО-А, 2014. С.21 -42.