Ментовские войны

Ментовские войны

Ольга Курносова

В современной России, как впрочем в любой тоталитарной или квазитоталитарной стране, внутриэлитные конфликты играют достаточно большую роль. Естественно, что в них вовлечены все силовые ведомства, которые постоянно воюют друг с другом и раздираются внутренними конфликтами. Однако открыто воевать друг с другом они не могут по ряду причин. В первую очередь потому, что Владимир Путин категорический противник внутриэлитной борьбы и зачинщиков такого рода войн может ждать суровое наказание. Инструментарий такого рода конфликтов самый разнообразный от уголовных дел и посадок до информационных войн, которые используются как в сочетании с другими методами, так и как самостоятельное оружие.

Еще во время первого срока Владимира Путина разгорелась война между министерством внутренних дел, возглавляемым на тот момент Владимиром Рушайло (ставленником Бориса Березовского) и , страшно сказать, Федеральной службой безопасности. Подоплека этой схватки была вполне себе коммерческая – борьба за контроль над нефтяной компанией “Славнефть”. Президент компании Михаил Гуцериев опирался на Рушайло, а миноритарий -“Альфа-групп”- привлек для своей поддержки ФСБ. Сейчас даже сложно себе представить, что милиционеры следили за высшими чинами ФСБ и прослушивали их телефоны.Войну удалось прекратить лишь в марте 2001 года отставкой Рушайло. Времена тогда были относительно вегетарианские, и министру удалось договориться с Путиным во время своего последнего визита в Кремль о том, чтобы его помощнику, координировавшему всю операцию, Александру Орлову позволили вылететь из страны. Его арест готовился со дня на день. Сам Рушайло занял церемониальный пост секретаря Совета Безопасности, но тоже ненадолго. В августе он был отставлен и с этого поста, а его приемником на посту министра внутренних дел стал Борис Грызлов, давняя креатура Патрушева. ФСБ и лично Николай Патрушев этот раунд выиграли. Естественно, что в этом раунде войны спецслужб была и очень серьезная информационная составляющая. Именно тогда появляется фильм “ФСБ взрывает Россию”, и в СМИ начинает активно вбрасываться компромат на ФСБ. В информационной войне участвует такие известные издания как Коммерсант, Новые Известия, Новая газета, что совсем не удивительно, если мы вспомним, что Рушайло считался человеком Березовского. Это была первая победа ФСБ, но далеко не последняя. Второй раунд этой войны связывают с именем тогдашнего главы Федеральной службой контроля за оборотом наркотиков (ФСКН), отставного питерского чекиста Виктора Черкесова. Весной 2006 Черкесов при поддержке начальника президентской охраны Виктора Золотова получил добро на разработку злоупотреблений руководства ФСБ. Собственно это и было то самое знаменитое дело “Трех китов” и дело о контрабанде китайских товаров со склада временного хранения ФСБ, к которому оказались причастными достаточно высокие чины. В результате медийного скандала последовала серьезная ротация на Лубянке, так например, начальник службы внутренней безопасности ФСБ Сергей Шишин был переведен в тыловые службы. В отставку ушел также генеральный прокурор Устинов, а через некоторое время была сформирована новая структура – Следственный Комитет, который возглавил Александр Бастрыкин. Тем временем, проигравшая сторона не сидела сложа руки, а готовила ответный удар по ФСКН, Виктору Черкесову и Виктору Золотову. Этими оперативными мероприятиями командовал ставленник Сергея Шишова Олег Феоктистов. Но следователи СК еще не догадывались, что после ФСКН Феоктистов займется и ими. Бастрыкину пришлось самому уволить свою правую руку Дмитрия Довгия. Это произошло в апреле 2008. Вскоре против Довгия было возбуждено уголовное дело. Тогда же, в 2008, был уволен Виктор Черкесов. Вскоре после выхода своей статьи в Коммерсанте, в которой он рассказал про войну между спецслужбами.

Следующий эпизод в войне силовиков – это 2011 год, так называемое “игорное дела”, очень громкое дело подмосковных прокуроров, крышевавших игорный бизнес. Ему предшествовала беспрецедентная информационная кампания на федеральных каналах. Генеральный прокурор Юрий Чайка заявил о грубых нарушениях закона со стороны Следственного Комитета. И хотя на первый взгляд может показаться, что это борьба Бастрыкина и Чайки (СК и Генпрокуратура), но на самом деле основным интересантом и основным теневым игроком в этом деле была опять ФСБ. В своем расследовании Денис Никандров, следователь который вел это дело, пытался подобраться к Артему Чайке, сыну Генерального прокурора. Урегулировать этот конфликт опять пришлось на самом высоком уровне. На встрече с Бастрыкиным и Чайкой в 2012 году Дмитрий Медведев сказал, что “не стоит впутывать членов семей”. В результате никто из прокурорских на федеральном уровне так и не был привлечен к ответственности, а обвинения подмосковных прокуроров не были утверждены Генеральной прокуратурой. Этот раунд завершился боевой ничьей. Говоря о противостоянии МВД и ФСБ нельзя не вспомнить о деле генерала Сугробова. На самом деле – это была схватка между помощником Президента Евгением Школовым и заместителес УСБ ФСБ Олегом Феоктистоым. Школов и его люди хотели поймать Феоктистова “на горячем” – доказать, что они “крышуют” бизнес. На момент возбуждения уголовного дела в феврале 2014 Денис Сугробов возглавлял антикоррупционный главк МВД. Он был самым молодым генералом, получил звание в 36 лет. Его обвинили в создании преступного сообщества и фальсификации уголовных дел при помощи провокации на взятку. Как это может уживаться в голове современной российской Фемиды с делом Улюкаева, в котором взятку фальсифицировал как раз Феоктистов, непонятно, но как-то уживается. Один из фигурантов этого дела заместитель Сугробова Борис Колесников во время следствия погиб, выпав из окна, вы удивитесь, Следственного Комитета. Естественно, что следствие признало случившееся суицидом, хотя у экспертов эта смерть вызвала множество вопросов. Сразу после его гибели подследственные практически перестали общаться со СМИ, хотя до этого они давали интервью достаточно охотно.Именно поэтому на стадии следствия пресса очень широко освещала это уголовное дело. Естественно, что суд проходил в закрытом режиме, а как же иначе! Информацию о происходящем необходимо было скрыть от общественности. В апреля суд приговорил Дениса Сугробова к 22 годам строгого режима, затем Верховный суд смягчил приговор до 12 лет. Это было серьезным поражением Евгения Школова. Об Олеге Феоктистове мы еще услышим не раз и в деле Дениса Вороненкова, и в деле Алексея Улюкаева. Одна из версий убийства Дениса Вороненкова состоит в том, что заказчиком убийства как раз и был Олег Феоктистов. Впервые они пересеклись еще по делу “трех китов”. Вороненков тогда был сотрудником ФСКН, которая и расследовала коммерческую деятельность сотрудников ФСБ, в том числе и Феоктистова. Некоторые эксперты считают, что именно за организацию убийства Вороненкова Феоктистов потерял свои должности в ФСБ и Роснефти.

Как мы уже говорили, Владимир Путин не любит войн силовиков, особенно когда эти войны становятся публично известны. Вообще события, разворачивающиеся в этой силовой войне по лихости закрутки сюжета могут претендовать на детективный сериал с элементами триллера. Удивительно, как одни и те же фигуры переходят из серии в серию. На этот раз все началось в декабре 2015 с перестрелки у ресторана на Рочдельской. Эта перестрелка, а вернее те события, которые за ней последовали, стали трагическими для того самого Дениса Никандрова, про которого мы уже говорили выше. Одним из участников этой перестрелки, он даже был ранен, был некто Андрей Кочуйков (Итальянец) близкий товарищ вора в законе Захария Калашева (Шакро Молодого). Собственно на переквалификации уголовного дела против Итальянца за толику малую в виде нескольких миллиона американских рублей всех бравых следователей и повязали, оказалось что они давным-давно уже под колпаком у папаши Мюллера, т.е. конечно у ФСБ. Это был серьезный удар по Следственному Комитету и по Александру Бастрыкину лично, потому что под суд попал бывший начальник управления собственной безопасности СК Михаил Максименко. На скамье подсудимых оказался и Денис Никандров. Он заключил сделку со следствием и получил пять с половиной лет тюрьмы. Этот раунд опять выиграла ФСБ. Чей ход следующий?

Сегодня напряжение между игроками велико как никогда, потому что властный транзит уже начался. А вместе с ним и война всех против всех. На региональном уровне правоохранителей разного уровня сажают пачками чуть ли не каждый день. Никто не знает, сколько времени сможет продержатся на своем месте, а потому воруют как в последний день. Собственно все это говорит о том, что вся система силовых органов нуждается в кардинальном реформировании. Должен появится парламентский контроль за работой силовиков, муниципальная полиция, а функции политического сыска должны быть полностью упразднены. Но это уже отдельный разговор, и мы обязательно это обсудим в наших эфирах с экспертами.