«Запрещенное» имя  города

«Запрещенное» имя города

Кёнигсбергский регионалист Олег Саввин рассказал After Empire о своих судебных преследованиях:

В течение уже довольно длительного времени, ещё с осени прошлого года, продолжается история с попытками прокуратуры вменить мне состав административного правонарушения по статье 20.33 КоАП РФ – «осуществление деятельности на территории Российской Федерации иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности», которая была введена в административный кодекс после принятия Думой N 272-ФЗ «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации».

Любопытная формулировка, не находите? Когда её читаешь, на первый взгляд, может сложиться впечатление, что этот закон призван защищать основополагающие права граждан от произвола репрессивной машины в РФ, в частности, от преследования по политическим мотивам. Но российские реалии таковы, что тут всё как раз происходит с точностью до наоборот, и закон с таким красивым названием стали использовать как один из репрессивных инструментов наряду со многими уже имевшимися и постоянно появляющимися.

Вот и ко мне его решили применить из-за членства в российском РОСД «Открытая Россия», вызвав осенью 2017 года в районную прокуратуру, и опрашивая по поводу того, состою ли я в данном движении, участвую ли в его деятельности, и в чём заключается моё участие?

Я сразу пояснил прокурорским работникам, что не имею никакого отношения к зарегистрированным в Великобритании организациям, деятельность которых была признана в РФ «нежелательной». Но недобросовестных работников данного ведомства, у которых в распоряжении оказались списки участников движения (в результате изъятия в ходе обыска на квартире у одного из региональных активистов), это не интересовало, ведь у них была своя ведомственная установка – любыми путями навязать состав административного правонарушения «участия в деятельности нежелательной организации» таким «нежелательным гражданам», как я.

Для этого они, по сути, прибегли к подлогу со смешением понятий – когда словосочетание «Открытая Россия» трактуется ими именно так, как им нужно для вменения статьи, а не так, как есть на самом деле. Т.е., когда российское движение «Открытая Россия», не имеющее даже статуса юрлица, понимается как одноименная некоммерческая организация, зарегистрированная в Великобритании, и, исходя из этого, появляется состав пресловутого «правонарушения». Так, откровенный подлог становится юридическим инструментом.

Но не только это было ими использовано для того, чтобы технически инициировать процесс производства по делу. Прокурорские «бдецы» также решили придраться к публикациям и репостам на стене моей персональной страницы в ВК. В частности, к ссылкам на новости или статьи с заблокированного в настоящее время в РФ сайта «Открытой России» (на момент размещения проблем с доступом к нему не было), а также к репостам из оппозиционных групп или ссылкам на публикации других сайтов, где просто как-либо упоминалась «Открытая Россия».

И вот, кульминацией всей этой истории явилось заседание по моей апелляционной жалобе, состоявшееся 19 апреля в Ленинградском районном суде. Суд первой инстанции вынес изначальное постановление по делу в моё отсутствие, т.к. я элементарно не был уведомлен о дате заседания, что было очень удобно и судье, и стороне обвинения.

Однако на заседание в суде второй инстанции я уже пришёл, вооружённый арсеналом убедительной контраргументации, что, впрочем, не слишком помогло, в силу того, что суды в РФ, как известно, не отличаются объективностью и беспристрастностью. Особенно, когда рассматриваются дела против неугодных, и особенно, когда в суде лично присутствует в качестве стороны обвинения «старший помощник прокурора области по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, межнациональных отношениях и противодействии экстремизму» М.М. Львов (прозванный отдельными активистами «инквизитором») со своей помощницей.

Это тот самый прокурор по части «экстремизма», который причастен к пресловутому «делу БАРС», в результате которого в застенках калининградского СИЗО-1 в настоящее время находится 4 политических узника – Александр Оршулевич, Игорь Иванов, Николай Мамаев и Николай Сенцов. Их обвиняют в «попытках отделения региона от РФ с последующим присоединением к ЕС путём совершения ряда преступлений экстремистской направленности». Также по инициативе прокурора Львова с задействованием его подчинённых, в 2016-м году мне было вынесено т.н. «предостережение о недопустимости нарушения федерального законодательства», суть которого фактически состояла в том, что меня «предостерегали» от того, чтобы публично выступать за возвращение родному городу его исторического названия – Кёнигсберг, грозя уголовной статьей за «сепаратизм» (подробнее здесь).

Стоит ли добавлять, что по результатам рассмотрения в Ленинградском районном суде, вопреки всем аргументам, моя жалоба на постановление по ст. 20.33 КоАП РФ не была удовлетворена, и оно было оставлено «без изменений». Далее, я непременно обращусь в ЕСПЧ в расчёте на реальную справедливость.

Приведу парочку моих высказываний в рамках недавнего заседания по моей апелляционной жалобе, которые наглядно демонстрируют моё отношение к деятельности прокуратуры и постановлениям судов, имеющих явный абсурдный и  репрессивный характер в отношении граждан:

«Моя персональная страница – это пространство моей личной свободы, и я размещаю на ней то, что считаю нужным, и далее буду размещать на ней ссылки на материалы и информацию по своему усмотрению».

«Представители прокуратуры уже пытались мне запретить публично выступать за возвращение городу названия Кёнигсберг в виде выписанного мне «предостережения о недопустимости», однако я как выступал за Кёнигсберг, так и намерен продолжать это делать».