nation-building

Н – Нация

Андрiй Третяк

nation-building

Вроде и многократно об этом написано и сказано, а все равно приходится возвращаться к определению нации, так как многие у нас (у нас – имеется в виду постсоветское пространство) продолжают путать нацию и этнос. Сегодня мы попытаемся разложить по полочкам, почему так вышло. Итак, обо все по порядку. Открываем Википедию:

Нáция (от лат. natio – племя, народ) – социально-экономическая, культурно политическая и духовная общность индустриальной эпохи.

И единичка в квадратных скобках. Под единичкой подразумевается, что определение взято из «Философского справочника» Терешковича. Что ж, с ним и согласимся. Правда в нем нет ни слова об этносе, но зато есть уточнение, что понятие нации относится к индустриальной эпохе. То есть нация – это явление Нового и даже Новейшего времени. А что было раньше? А ничего. Никакого понятия нации  не существовало.

Сейчас мне придется углубиться в историю (за чрезмерное увлечение которой, меня порой ругает наш главред). Даже в доисторический период, но, только пройдя этот путь полностью, мы сможем ответить на вопрос, как же происходило становление этого понятия и почему мы имеем две концепции – Западную и постсоветскую (на самом деле не постсоветскую, а опирающуюся на теорию примордиализма и характерную еще для Германии XIX – первой половины XX веков, но обо всем по порядку). Ответ надо искать в истории и только в ней. Поехали.

Итак, как уже было сказано, до наступления Нового времени никаких наций (плачьте, ярые националисты!) не существовало. А зачем? Человек ведь, как известно, существо довольно рациональное и использует только те понятия и идеи, которые несут ему практическую пользу. Ведь какую роль играет понятие нации в обществе? Роль идентификации, разумеется. В доисторический период такими сложными понятиями не оперировали. Тогда вообще все проще было и люди распределялись по принципу «свои» – «чужие». Свои это те, кто разговаривает с тобой на одном языке, молится тому же богу (тому, что вон там, в лесу на полянке стоит деревянный), делает такие же, как и ты, предметы быта, посуду, орудия, одежду так же их украшает (а как иначе, если вас учил их делать один мастер?). Чужие это же все остальные, отличные от вас. Причем, особой необходимости идентифицировать чужаков между собой не требовалось, зачастую все они, кроме немногих дружественных родов (а те, как правило, тоже били носителями такой же или подобной культуры), были просто врагами. А врагов надо либо уничтожать, либо изгонять со своих земель, а уж никак не классифицировать. И до поры, пока людей на Земле оставалось ничтожно мало, никакой другой идентификации не требовалось. Между «своими» и «чужими» всегда находился буфер в виде пустующего пространства, и контакты были минимальными. Привычное для нас понятие «народ» прекрасно могло объединять всех, кто соответствовал вышеперечисленным критериям. Кто не соответствовал, относился к другому народу.

Но шло время, население Земли увеличивалось и границы отдельных народов (родов, племен), но еще не наций, начали смыкаться, и столкновение разных культур происходило не где-нибудь на периферии, а в наиболее населенных местах. Естественно там происходил обмен опытом, знаниями. Люди учили языки других народов, и идентифицировать своих, отличать чужих становилось все сложнее. Вот, идет товарищ, одет на наш манер, а лопочет не по-нашему, и кто он? Ты чьих, холоп, будешь? Изначально проблема решалась наиболее простым и очевидным способом. В городах «свои» селились в одних кварталах со «своими». По языковому принципу. Но исключению контактов с «чужими» это не помогало – культура и ремесла все равно развивались уже в общем русле за счет перенятия одними лучшего из того, что имелось у других. И наоборот.

К счастью, нашлись те, кто решил положить конец этому делению. Наступила эпоха абсолютизма и на арену вышли европейские монархи. Последних разделение их подданных на анклавы никоим образом не устраивало, и они придумали мудрую формулу «народ = подданные». Таким образом, после проведения местным священнослужителем обряда коронации, все, кто проживал на территории подвластной тому или иному монарху, стали составлять новую категорию – категорию подданных. Так и идентифицировались. Французы – подданные короля Франции, англичане – английского и т.д.

Но тут, неожиданно абсолютизм в Европе начал трещать по швам и грянули три революции английская, нидерландская и, наконец Великая Французская революция. Именно по итогам последней и изобрели нацию. А как иначе, короля обезглавили, и кого прикажете теперь французами величать? Так всплыло старофранцузское nacion, происходящее то ли от латинского natio (племя, народ), то ли от не менее латинского natalis (относящийся к рождению). И то и то подходит, так как французами начали называть всех жителей Франции по месту рождения. Этническое происхождение никого не волновало – так же, как и в предыдущем случае с подданством. Родился во Франции? Bonjour, citoyen, ты француз!

Такая ситуация многим народам показалась притягательной – гражданство исключало сословные, социальные, религиозные и прочие признаки, и по этому же пути пошли также Англия и Нидерланды. Позже Испания. Россия на этом этапе в процесс не включилась опять же из соображений рациональности. А зачем? У нас все были и остаются подданными царя-батюшки. Следовательно, ты – русский, даже если ты от рождения киргиз. На худой конец оставалась идентичность православности, так что все эти новомодные фишечки с нацбилдингом были суровой заснеженной империи ни к чему. Конечно, со временем бы вопрос все равно встал и имели бы мы ту же французскую (или конструктивистскую) концепцию нации, если бы в Европе не было немцев.

Именно в Германии зародились идеи этнонационализма. Почему? Да просто, когда французы развивали свой проект «Одна страна – одна нация», Германия переживала период раздробленности и эта концепция для немцев никак не подходила. Им надо было объединять страну и именно в 1800-е годы возник немецкий национализм. Позже он распространится на Грецию, скандинавские страны и Италию (последняя в тот период также переживала раздробленность).

И заключается он в следующем: да что они там понимают, эти французы? Это не одной стране соответствует одна нация, а наоборот – представители одной нации (этноса) должны быть объединены в рамках одной страны. Так появился примордиализм – концепция понимающая нацию, как переход этноса на более высокую ступень развития. Но по сути – тот же биологический феномен. Отсюда же и эссенциализм с его скрытой сущностью нации – «национальный дух», «особый путь», все такое.

Идея понравилась, и вскоре на карте Европы уже были  Королевство Италия и Северогерманский Союз, позже ставший Германской Империей. Чем это все в описанных двух странах закончилось, все мы прекрасно помним. Хотя до конца идей и последствий примордиализма в той же Германии многие так и не поняли, пока не стало поздно. Трудно поверить, но в 30-е годы там существовали правые еврейские партии – патриоты Рейха. Они-то полагали, что нацбилдинг происходит по французскому, конструктивистскому образцу. Наивные! Жизнь их жестоко научила…

И вот именно из Германии эти идеи и перекочевали в Российскую империю, и нация закрепилась в ее словаре именно в понятии этноса. Этот переход легко объясняется отношениями между Россией и Германией в ту пору. Влияние Германии на Россию, что в науке (не забываем, кто историю России писал), что в госуправлении. Да кто, в конце-концов, правил Российской империей со времен Петра ІІІ? Добавим к этому российско-французские отношения после 1812 года, и становится очевидным, что другой концепции в понимании нации на этих землях просто взяться было неоткуда.

Плюс большевики. Как полагают некоторые исследователи, Советский Союз в своей борьбе с западными полиэтническими государствами умышленно запутывал понятия нации и этноса с целью актуализации там принципа Права наций на самоопределение. Для определения же полиэтнических наций в СССР использовался загадочный термин «многонациональный народ».

Вот собственно и все. Так от древности к абсолютизму, от французов транзитом через немцев к нам пришел современный усовершенствованный идентификатор «свой-чужой» – нация. Пришел и закрепился. Закрепился в его полумистически-биологическом смысле. Так и спрашиваем мы до сих пор: какой ты национальности? Подразумевая этнос. Хотя везде в мире концепция политической, полиэтнической нации давно победила. Даже в Германии. Посмотрите на название ООН хотя бы. Организация Объединенных Наций. Это об этносах или о странах? Здесь и ответ.