Единоросс против автора «Перемен» под прикрытием «писем жителей»

В спальном Кировском районе Петербурга власти согласились поставить памятник Виктору Цою. Однако сейчас они дают «задний ход». Против памятника музыканту, по иронии судьбы, выступил один из самых молодых депутатов городского заксобрания – 29-летний Денис Четырбок. По его словам, против монумента выступают жители района, которые якобы написали 4 тыс. гневных писем.

Письма жителей – привычное оружие питерских парламентариев. Самих этих писем, правда, никто не видел в глаза. Депутаты отказываются их показывать, ссылаясь на закон о персональных данных. Тем не менее таинственные граждане бешено активны – они возражают против проведения митингов на Марсовом поле, требуют отозвать немногочисленных оппозиционных депутатов, озабочены вопросами морали и нравственности. Питерская «Фонтанка» попыталась выяснять у прохожих прямо на месте предполагаемого памятника: действительно ли людям так противен Цой? В основном результат был такой: и молодые люди, и пенсионерки 60+ отвечали, что памятник Цою – это хорошо, ко всему прочему так окультурится несколько унылое пространство спального района.

Впрочем, часть опрашиваемых, не сговариваясь, произносила одну и ту же фразу – дескать, у памятника «будут собираться наркоманы». Наркоманы в городе, кучкующиеся на улицах, действительно не редкость, но в выборе мест для своих сборов они руководствуются не музыкальными вкусами, а совершенно иными соображениями, например, тусуются за гаражами, близ промзон, в неосвещенных местах или в подъездах без домофонов.  Поэтому создается впечатление, что «наркоманскую» тему услужливо подкинули каким-то группам людей обученные Четырбоком «общественники», которых напугали тем, что в случае установки памятника «будет страшно отпускать детей в школу».

Сам Четырбок – яркий представитель новой генерации единоросских «молодых политиков». В городе поговаривают, что он метит на федеральный уровень, завидуя лаврам небезызвестного Виталия Милонова. В региональном парламенте он стал одним из самых влиятельных депутатов. Впрочем, сам этот парламент все больше напоминает наблюдателям казарму.  И оппозиционные одиночки практически не в состоянии провести через заксобрание ни одного приличного закона или постановления. В таких условиях законодательная власть города становится ширмой для произвола власти, а «письма жителей», которых никто не видел, удобным средством для реализации мракобесных идей и противодействия живым творческим инициативам.