Питерские государственники считают, что городская площадь принадлежит мертвецам, а не живому народу

21 августа стало известно, что знаменитое Марсово поле в Питере исключено из списка так называемых «гайд-парков». Термин сам по себе в современном российском исполнении является довольно неряшливым – под ним подразумевается не постоянная точка, где те или иные люди вслух агитируют за что-то им важное (как изначальный Гайд-парк в Лондоне), а место, где разрешается проводить митинги. В Петербурге таким образом не осталось площадей в центре города, где митинги разрешены.

Когда принимался городской закон о митингах, Марсово поле не устраивало многих. От этой площади далеко до станций метро, зимой здесь мало людей – поэтому это место активисты прозвали «загончиком дяди Жоры» (губернатора Георгия Полтавченко). Однако постепенно площадь была «освоена», и расстояние от метро не мешало проводить здесь разрешенные и неразрешенные крупные митинги последних лет.

Тогда раздались упреки: Марсово, мол, сакральное место. Тут похоронены жертвы Февральской революции и на плитах выбиты патетические революционные верлибры авторства Луначарского. Дескать, как можно митинговать на могилах? Правда, на этих могилах почему-то оказывалось возможным назначать официальные мероприятия за здоровый образ жизни, за крепкую семью и т.д. и именно в дни, когда оппозиция подавала заявки на митинги.

Однако стоит заметить, что в истории города Марсово поле было местом как военных парадов, так и ярмарок, народных гуляний – то есть тем, для чего в нормальных городах и предназначались площади: для больших скоплений людей. Традиция городской площади в Европе включала в себя и практику народных политических волеизъявлений – от Великого Новгорода до хотя бы той же Москвы с Красной площадью, где при всех нюансах, все же слышен был голос народных толп.

Сейчас Красная площадь тоже фактически является кладбищем (мавзолей, кремлевская стена), а в дни даже официальных торжеств доступ «простой публики» туда затруднен. Дворцовую площадь в Петербурге большие «государственные мыслители» тоже пытаются сделать безлюдной (митинги там проводить вообще давно нельзя), и им подпевают даже многие «просвещенные интеллигенты», которых оскорбляет катание молодежи на роликах вокруг Александрийского столпа. Торговля, развлечения, политический протест, уличная музыка изгоняются с городских площадей, допустимы только помпезные мероприятия, организованные властями, с входом по пропускам или через рамки.