ukrup

Укрупнение регионов: что это значит?

Михаил Кулехов

ukrup

С января Минэкономразвития РФ обсуждает проект Стратегии пространственного развития РФ до 2030 года.

Мы сразу вспоминаем: проект этот – не первый. И Минэкономразвития, и Минрегионразвития уже много лет говорят, что существующая административно-территориальная система РФ никуда не годится. И 10 лет назад уже был «первый подход к снаряду»: тогда, кто помнит, объединяли Иркутскую область – с Усть-Ордынским Бурятским округом, Читинскую область – с Агинским Бурятским округом, Пермскую область – с Коми-Пермяцким округом. Оценки этому процессу давали неоднозначные, и продолжения не последовало. Так почему к этому возвращаются вновь?

Ответ простой: потому что иначе не получается.

Факт простой, известный очень давно: Россия не управляется из «единого центра». Это понимали еще цари. Император Николай Павлович говорил своему сыну, цесаревичу Александру: «Россией управляю не я, а столоначальники». Собственно, большевистская революция и была попыткой улучшить управляемость: применили плановую систему, партийную «вертикаль власти». Чем кончилось – мы знаем: СССР был таким же, если не более, неуправляемым колоссом, рухнувшим даже без особых усилий извне или изнутри. Просто его глиняные ноги не выдержали нагрузки.

Современная «вертикаль власти» ничуть не лучше и не эффективней ни царской, ни советской. Как и прежде, она игнорирует главное: интересы стран, составляющих империю.

В чем состоит «укрупнение»? Единственный, пожалуй, реальный смысл – это к регионам благополучным «прикрепить» регионы депрессивные. Тех, кто нуждается в федеральных дотациях, «навесить» на тех, у кого бюджет более-менее сбалансирован.

Применительно к Восточной Сибири это выглядит так. Иркутская область конечно не Москва, но на 2,5 миллиона населения 120 миллиардов расходной части бюджета позволяют жить сравнительно сносно. И федеральные дотации там составляют не существенную часть.

А рядом – республика Бурятия. У которой федеральные дотации составляют 60 процентов бюджетных доходов. Забайкальский край около 50 процентов бюджета слагается из дотаций. Да что там – огромная Якутия (хоть она и относится к Дальневосточному федеральному округу, но все равно к Прибайкалью она имеет куда больше отношения, чем к Приморью или Приамурью), несмотря на все свои алмазы – дотациями покрывает 50-55 процентов бюджетных доходов.

Тем самым федеральный «центр» снимет с себя заботу о «дотационных регионах», переложив ее на более «сильных» соседей.

Откуда деньги? Ведь сейчас та же Иркутская область явно не имеет столько денег в бюджете, чтобы покрыть дотации и Бурятии, и Чите, не говоря про Якутию. Это уже предусмотрено.  Пару лет назад, под самый Новый год, 29 декабря 2014 года был принят закон ФЗ-473  «О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации» (Закон о ТОРах). Он предусматривает особый правовой режим осуществления предпринимательской и иной деятельности на территории опережающего социально-экономического развития. То есть регионы-«паровозы» в качестве компенсации за то, что они возьмут на себя часть федеральных функций, получают право иметь собственную правовую систему и собственные налоги.

Что это, например, может означать для Байкалии?

Получается страна с населением в 5 миллионов человек (если с Якутией, то и 6 миллионов). С серьезными запасами всего необходимого сырья, от леса и нефти до урана, золота, алмазов и редкоземов. С довольно развитой промышленностью, хотя и «перекошенной» в сторону заводов-гигантов. С Иркутским научным центром Сибирского отделения Академии наук. С развитым (хотя и сильно обветшавшим) сельским хозяйством, способным кормить все население региона. Объединение Иркутской области с Забайкальем не только увеличивает ресурсную базу, но и серьезно облегчает жизнь в той же Бурятии и Чите. Хотя бы в такой частности: сегодня в Иркутске киловатт-час электроэнергии стоит потребителям 97 копеек, а в Бурятии – 3 рубля 50 копеек. Разница ощутимая. Одно лишь устранение этой глупой, чисто административной «границы» уже существенно улучшит условия предпринимательства в Бурятии. То же самое касается и Забайкальского края.

Такая «Байкальская республика» будет иметь прямой выход на весьма серьезных зарубежных партнеров: Монголию и Китай. Не надо улыбаться «про Монголию»: сегодня это самая быстро растущая экономика в мире. И хотя там проблем множество, само участие в их решении иркутских, бурятских, читинских бизнес-кругов представляет огромное поле для работы на много лет вперед.

Ну и еще один фактор, который не выражается в цифрах, но имеет существенное значение для психологии (и, значит, для восприятия народом). По обе стороны Байкала живет примерно один и тот же народ. Со своими, конечно, субрегиональными различиями. Но вот это русско-бурятское «креольское» население составляет основу этнического состава во всей Байкалии. Здесь нет миллионных мегаполисов, типа Москвы или Петербурга, которые уже совсем потеряли «связь с землей» и ментально весьма отличаются от окружающих «аборигенов» из пригородных и сельских районов.

Понятно, что эта ситуация может считаться не типичной для России в целом. Вполне возможно, что объединение Свердловской и Челябинской областей или Карелии с Архангельском такого смысла не имеет. И принесет больше минусов, чем плюсов. Но Россия – разная, и это ее единственное, наверное, бесспорное свойство.

Так что мотивы федеральных чиновников, реанимирующих проекты «укрупнения», вполне понятны. Будучи не в состоянии решать проблемы регионов «сверху», они готовы сдать их «на места». Другой вопрос, что отдать придется и налоги, и полномочия. И это будет начало процесса демонтажа империи.