usa

Существует ли американский регионализм?

Дмитрий Ахтырский

usa

Если мы попытаемся выделить то, что можно было бы назвать регионами в Соединенных Штатах Америки, мы столкнемся с существенной проблемой – какой принцип для дефиниции нам избрать? В Европе с определением понятия региона затруднений меньше – там регионы часто имеют существенное этнокультурное своеобразие, берущее свои истоки в далеком прошлом. В США же этнокультурный состав населения размыт в значительно большей степени.

Первый тип классификации американских регионов – формальный, по штатам. США представляют собой федерацию, в которой отдельные штаты имеют весьма широкие права. Этот формальный принцип имеет в дело формирования своеобразия американских регионов огромную роль, значительно большую, чем в регионах европейских. Именно особенности местного самоуправления в том или ином штате во многом и задают векторы для формирования культурных различий между штатами.

Соединенные Штаты с момента своего основания были страной высокой социальной мобильности – этому способствовала психология переселенцев. Культурная матрица американцев предполагает путешествия, миграцию, смену места жительства и работы. С одной стороны, эта мобильность способствовала размыванию первоначальных этнокультурных особенностей колонизированных территорий – а с другой приводила и приводит к формированию новых региональных особенностей, уже значительно меньше связанных с этническим или религиозным компонентами.

Перед средним американцем значительно чаще, чем перед его современником-европейцем, вставала проблема перемены места жительства. Психология переселенца не предполагает глубокую связь с землей. Социальные связи не так прочны и традиционны. Системы распознавания «свой-чужой» не так укоренены. Переезд с места на место – пусть даже на берег другого океана – среднему американцу представляется меньшей проблемой, чем среднему европейцу. Ему проще прижиться на новом месте, быть там принятым за своего, найти работу.

Существенным фактором при выборе американцем нового места жительства являются его политические, идеологические и культурные предпочтения. Высокий уровень внутренней миграции таким образом ускоряет формирование новых региональных особенностей.

К примеру, противники смертной казни вряд ли решат селиться в Техасе и многих других «южных» штатах, а вот ее сторонники, могут сделать выбор в пользу этих штатов с большей вероятностью. В нескольких штатах полностью легализована марихуана – и люди могут сделать свой выбор относительно места жительства, сообразуясь с этой реальностью.

Второй тип классификации регионов в США разделяет страну на более крупные образования.

Северо-Восток США с Нью-Йорком и Бостоном. На этот регион приходится основной приток мигрантов из Старого Света. Западный Берег с его богемой и хайтек-компаниями.

Многие жители этих двух регионов курсируют между тихоокеанским и атлантическим берегом, практически не бывая в других частях страны. Это самые продвинутые в экономическом, социальном, культурном и интеллектуальном отношении части страны. Население этих зон в наименьшей степени подвержено различным видам ксенофобии, имеет прогрессивные политические предпочтения.

Юго-Восток. Здесь еще сильна память о Конфедерации. Черное население составляет примерно от четверти до трети от общего числа жителей. Официально сегрегация отменена, но де-факто продолжает существовать. Показательно, что черное население этого региона практически в полном составе голосует за демократов, а белое – в подавляющем большинстве – за республиканцев.

Далее идет ряд регионов, частично накладывающихся друг на друга – такие, как Ржавый Пояс, Библейский Пояс и Средний Запад. Аграрные регионы центра страны, скотоводческие регионы юга, промышленные регионы, находящиеся в упадке по причине вывода производства в другие страны.

Третья классификация – пожалуй, на данный момент наиболее актуальная. Разделение по этой классификации оказалось весьма жестким и резким, что наглядно показали президентские выборы в минувшем году. Это разделение с одной стороны на крупные города и университетские городки, с другой – на небольшие города и сельскую местность. Это разделение на условный «город» и условную «деревню».

Четвертый тип классификации разделит на части каждый конкретный мегаполис и некоторые сельские регионы внутри самих себя. К примеру, так называемый upstate штата Нью-Йорк разделяется на регион долины Гудзона (относительно образованный богемный и с симпатиями к прогрессистам – и гораздо менее образованное и консервативное население графств штата к западу от долины Гудзона).

Наконец, в качестве пятого принципа классификации можно назвать разделение на территории American Nation и Indian Nations («резервации»).

Все эти разделения рождают сложнейшую и противоречивую диспозицию в борьбе между силами, стремящимися к усилению самоуправления и симпатизирующими усилению влияния федерального центра.

Возьмем в качестве наглядного примера франкоязычный регион соседней Канады – Квебек, предпринимающий попытки стать самостоятельным государством. Эти попытки регулярно проваливаются на квебекских референдумах. Препятствием к отделению является крупнейший канадский мегаполис Монреаль. Жители Монреаля в подавляющем большинстве голосуют за сохранение Квебека в составе Канады.

На протяжении двух с половиной столетий истории США преобладающей тенденцией была тенденция централизации власти. Это видно хотя бы из названия государства – «Соединенные Государства Америки». Действительно, права отдельных штатов в первое десятилетие после победы американской революции были очень широки – фактически они составляли не федерацию, а конфедерацию. Однако в конституции был закреплен федералистский принцип. Ключевым моментов централистской тенденции стала гражданская война. Ряд южных штатов попытались отделиться от остальных, но их попытка вызвала войну, которую конфедерация южных штатов проиграла. Федеральное правительство в Вашингтоне приобретало все больше полномочий, хотя каждый штат имеет свои юридические нормы, часто весьма различающиеся между собой и не совпадающие с нормами федеральными.

Борьба за усиление самоуправления штатов и против него является одной из важных и болезненных тем американской внутренней политики. В последние десятилетия сложилась ситуация, при которой кандидаты на государственные должности от обеих крупнейших партий, как правило, обещают укрепить права штатов, но когда они вступают в должность, то проводят политику усиления федеральной власти.

Нередки сложные правовые коллизии между отдельными штатами и федеральным правительством. Те или иные действия могут квалифицироваться на одном уровне как правонарушение, а на другом – нет. Так, несколько штатов, включая Калифорнию и Массачусетс, полностью легализовали марихуану – в таких штатах ее можно не только употреблять не в медицинских целях, но и покупать и продавать. Однако федерального решения о легализации пока не было, а потому федеральные власти могут бороться с торговцами и потребителями даже и в тех штатах, где марихуана легализована. В таких случаях часто начинает действовать внеправовая система консенсусов между местной и федеральной властями. Так, экс-президент Барак Обама дал неофициальное обещание не вмешиваться по этому вопросу в дела отдельных штатов. Ныне ситуация угрожает стать более напряженной, поскольку новый генеральный прокурор Соединенных Штатов Джефф Сешнс (Jeff Sessions) является жестким противником легализации марихуаны, а новая президентская администрация в целом уже показала свое стремление к смещению баланса власти в стране в свою сторону.

Формально-правовой статус имеет и частичная автономия «резерваций». В резервациях существует местное самоуправление, основывающееся на индейских традициях. Тенденции к усилению самоуправления имеются и на территориях индейских народов – как и различные коллизии между местным самоуправлением и федеральными властями (и властями конкретного штата). Так, уже несколько месяцев продолжается противостояние в Северной Дакоте, связанное со строительством трубопровода. Индейские активисты и вставшие на их сторону правозащитники и представители экологических движений пытаются остановить строительство, поскольку, как они полагает, существует угроза загрязнения водоемов на индейской территории. Мало того, мы наблюдаем первую на протяжении многих лет совместную акцию представителей практически всех сохранившихся индейских народов. Обама незадолго до ухода с поста остановил строительство, однако новый президент Трамп одним из первых же своих указов вновь возобновил его – возобновилось и противостояние между активистами и силовыми структурами.

Различного рода напряженности существуют между территориями и внутри отдельных штатов. Внутри ряда штатов идет постоянная борьба за границы избирательных округов. Практика их перекройки носит название «джерримэндеринг». Таким способом та или иная из двух партий пытается получить преимущество на выборах в конгресс, проведя большее количество своих кандидатов. К примеру, республиканцы пытаются увеличить количество сельских округов, поскольку население больших городов имеет тенденцию избирать представителей Демократической партии, а население сельских районов – Республиканской.

Множество споров ведется вокруг коллегии выборщиков, которая избирает президента США. Наличие этой коллегии приводит к тому, что штаты с небольшим количеством населения (преимущественно с республиканскими симпатиями) имеют пропорционально большее количество голосов в этой коллегии, чем крупные продемократически настроенные штаты. В итоге президентом может стать кандидат, который набрал по стране меньшее количество голосов, чем его соперник. Такое было на выборах 2000 года и повторилось на выборах-2016, когда итоговый победитель набрал почти на три миллиона голосов меньше, чем проигравший.

Теперь, когда к власти в США пришло ультраправое («альтерправое») правительство, сторонники идеи независимости некоторых штатов (население которых настроено в своем большинстве «прогрессивно»), активизировались. К примеру, ими было решено ускорить проведение референдума по поводу независимости Калифорнии.

Я живу в кампусе нью-йоркского Columbia University. В окно я могу рассмотреть интерьеры комнат в доме напротив. В одной из них я вижу флаг «Республики Калифорния». Между тем, в самой Калифорнии существует идея разделить Калифорнию на шесть частей – поскольку она весьма неоднородна.

В этой статье я попытался вкратце показать весь спектр темы регионализма США в его разноуровневой сложности. Надеюсь в дальнейших своих публикациях осветить эту проблематику более подробно.