Клерикалы окончательно перекрыли свободу собраний в Питере

Заксобрание Петербурга перекрыло последнюю возможность легальным образом собираться на массовые акции. В среду 1 февраля приняты поправки к закону о статусе депутата. Теперь депутат не имеет право приглашать избирателей на встречу без согласования с исполнительной властью.

Напомним, в субботу 28 января такая встреча с депутатами на Марсовом поле собрала несколько тысяч человек, протестующих против передачи Исаакиевского собора РПЦ. Депутаты-оппозиционеры объявили такой формат по сути вынужденно. Накануне власти не разрешили проводить в этом месте митинг, но общественность настаивала на проведении акции именно в этом месте и в это время. А статус встречи с избирателями позволял собравшимся не иметь проблем с полицией.

Яблочник Борис Вишневский пытался доказать, что встреча проходила в рамках закона, но единороссы во главе с бывшим преподавателем научного коммунизма в ранге полковника, ныне спикером ЗС Вячеславом Макаровым апеллировали к совершенно иным категориям. Объявивший себя «воином Христовым» спикер заявил, что на площадь пришли темные силы во главе с «ЛГБТ-активистами», которые являются врагами «сотен миллионов во всем православном мире».

Поскольку оппозиция в Петербурге уже давно де-факто не имеет возможности проводить митинги даже в тех местах, где официально их проводить вроде разрешается (например, на Невском проспекте, Исаакиевской или Дворцовой площадях они вообще запрещены), для массового протеста перекрыты все легальные форматы. Однако уже не только со стороны ряда политактивистов, но и от прежде сдержанных питерских интеллигентов звучат голоса: сколько можно собираться в загончиках с разрешения? Жизнь подсказывает, что вопрос о «несанкционированности» перестает быть актуальным, когда на улицы выходит как минимум 10 тыс. человек.

«Умеренные» и «неумеренные» разделились еще по одному вопросу. В ту же субботу группа активистов во главе с Динаром Идрисовым (его тоже называют ЛГБТ-активистом, хотя всему городу известно, что он примерный гетеросексуальный семьянин) пришла по музейным билетам в Исаакиевский собор и сфотографировалась там с буквами, составившими фразу «Музей городу!». Единороссы в среду проголосовали за обращение к генпрокуратуре, СК и МВД – они требуют уголовного преследования этих людей, сравнивая их с пресловутым панк-молебном Pussy Riot. В итоге ряд «оппозиционных» политиков высказал разные мнения. Оксана Дмитриева назвала акцию «безобразной», но сказала, что сажать за нее все равно нельзя. Алексей Ковалев гневно осудил мероприятие в соборе (в отличие от «хорошего» Марсова поля) и назвал его «преступлением», которое надо расследовать, а организаторов наказать.

Антиклерикальная коммунистка Ирина Комолова (за антиклерикализм в свое время исключенная из КПРФ) сочла действия Идрисова «глупой партизанщиной», но она полагает, что в зале, где обсуждался коллективный депутатский донос, ни в коем случае нельзя было выступать со словами осуждения протестующих. Тем не менее, полагает Комолова, Идрисова могут посадить, а он известен в городе как смелый юрист, отстаивающий в судах незаконно задержанных и подвергающихся преследованию по политическим мотивам – поэтому так рисковать собой он не имеет права. Однако петербургское политизированное общество считает такую позицию тоже половинчатой, полагая, что именно история с Идрисовым и людьми, которых он привел в собор, является лакмусовой бумажкой, показывающей всю степень надвигающегося клерикального мрака. В этой связи любопытна реплика того же спикера Макарова. Он заявил, что репрессивных нормативных актов можно было бы не принимать, если бы организаторы акций «бухнулись на колени и попросили прощения». Такая лексика в устах руководителя регионального светского парламента, некогда лучшего в стране, весьма симптоматична.