Петербуржцы готовятся к митингу на Марсовом поле

Стихийно собравшийся в пятницу, 13 января, народный сход на Исаакиевской площади в Петербурге стал началом общественной кампании против передачи Исаакиевского собора в ведение РПЦ. На площади собралось около 1000 человек, несмотря на угрозы неких казаков разогнать их «жестче полиции». Люди в казачьей форме действительно наблюдались, но поскольку в толпе присутствовало некоторое количество вполне здоровых молодых мужчин, вступить в конфликт с ними защитники «православных святынь» не решились. На сходе решили собрать 28 января большой митинг. Параллельно составляются обращения и документы для различных инстанций о незаконности передачи собора РПЦ.

По всей вероятности, в очередной раз петербуржцам устроили особый раздражитель. Давно замечено, что жители города могут проигнорировать повышение цен или тарифов (в отличие от многих регионов, где митинги бывают только на социальные темы), но внезапно собраться, если не спросив у них, хотят построить небоскреб или (как было год назад) сбить горельеф Мефистофеля с исторического здания.

На этот раз, однако, возмущение связано не столько с судьбой музея-памятника как такового, сколько с самой обстановкой, в которой это случилось. Распоряжение губернатора от 30 декабря вывесили на официальный сайт только в январе, когда скандал уже разгорелся. До этого чиновники не отрицали, что такое решение есть, потом это подтвердил и Георгий Полтавченко. Однако процедура, предписанная законом для городской собственности, передаваемой некой религиозной организации, не была выполнена. Но самое главное – единоличное решение, которое даже для приличия не обсуждалось городским парламентом и тем более не выносилось на обсуждение горожанами. Поэтому протест против выселения музея на глазах превращается в протест против губернатора. «Собор музею! Жлоба в отставку!» – такую кричалку уже распространяют для будущего митинга.

Как известно, построенный Огюстом Монферраном Исаакиевский собор существовал для представительских религиозных церемониалов с участием двора. Синод неоднократно хотел его выпросить в собственность, но царское правительство отказывало из-за того, что такое здание очень дорого в содержании и церковь его «не осилит». Действительно, когда большевики было передали собор церкви, та, не справившись, быстро вернула его назад.

С 1990-х годов сложилась экономически удобная модель: музей приносил прибыль, за счет которой платились налоги и содержалось здание, в нем дважды в день проходили церковные службы (также материально обеспеченные музеем). Сейчас на бюджет Петербурга может лечь более чем полумиллиардная стоимость содержания и реставрации музея. Такой строки в городском бюджете просто нет. Петербуржцы не верят обещаниям церкви решать эти вопросы самостоятельно и быть благожелательной к светским туристам.  Они приводят примеры негативной практики в РФ, вот одна из подборок таких примеров:

«В Великом Новгороде в 1991 году Софийский собор отдали церкви. До этого, когда он был музеем, люди могли зайти, например, на хоры, на второй этаж, по лестнице, на стенах которой были оставлены реставраторами граффити строителей 11 века, посмотреть хранилище древних книг (в основном еще рукописных) – в общем, увидеть совершенно уникальные вещи, прикоснуться к настоящей древней истории. Теперь все это закрыто, доступа нет. Новодевичий монастырь в Москве – объект всемирного наследия ЮНЕСКО – запрещено было передавать церкви или кому-то еще. Публично, нагло по 1 каналу ТВ Путин передал монастырь РПЦ. Результат: древнее кладбище на территории монастыря 16-18 вв. снесли и построили себе гаражи, мастерские реставрационные, лучшие в Москве – выгнали. Захоронения 19 вв. с героями 1812 года и древнейшими фамилиями княжескими – снесли, поставили кассы и дорожки с лавками прямо на могилах. Смоленский храм – главный , закрыт. После того, как Ипатьевский монастырь передали РПЦ, там сгорела уникальная церковь на сваях – ЕДИНСТВЕННАЯ В РОССИИ. Причём ту церквушку РПЦ не передавали, она осталась в ведении музея – просто у того не было средств, чтобы сразу перетащить её за монастырскую стену, на территорию музея деревянного зодчества под открытым небом. Уникальный памятник потеряли – и никто ни за что не ответил».